Миф о пяти священных горах

Международное радио Китая


       

Вдруг однажды горы и леса охватил огромный жестокий пожар, оды, хлынувшие из-под земли, затопили сушу, и земля превратилась сплошной океан, волны которого достигали неба. Люди не могли спастись от настигавшей их оды, а им ещё угрожала гибель от различных хищных животных и птиц. Это был настоящий ад.

Нюй-ва, идя, как страдают её дети, очень опечалилась. Не зная, как наказать злого зачинщика, которому не суждено было умереть, она принялась за тяжёлый труд, чтобы починить небо. Работа ей предстояла большая и трудная. Но это нужно было для счастья людей, и Нюй-ва, горячо любившая своих детей, нисколько не испугалась трудностей, и смело одна взялась за дело.

Прежде сего она собрала множество камней пяти различных цветов, расплавила их на огне жидкую массу и ею заделала отверстия небе. Посмотришь внимательно — роде бы есть некоторая разница в расцветке неба, однако издали оно кажется таким же, как и раньше.

Хотя Нюй-ва и хорошо починила небосвод, но не смогла сделать его таким, как прежде. Рассказывают, что северо-западная часть небосвода немного перекосилась, поэтому солнце, луна и звёзды стали своём движении клониться сторону этой части неба и заходить на западе. На юго-востоке земли образовалась глубокая падина, поэтому оды всех рек устремились её сторону, и там сосредоточены моря и океаны.

Жил в море огромный краб тысячу ли. Воды всех рек, морей, океанов и даже небесной реки текут неё и поддерживают постоянный уровень оды, не повышая и не понижая его.

В Гуйсюй, было пять священных гор: Дайюй, Юаньцзяо, Фанху, Инчжоу, Пэнлай. Высота и окружность каждой из этих гор равнялась тридцати тысячам ли, расстояние между ними составляло семьдесят тысяч ли, на вершинах гор были ровные пространства девять тысяч ли, на них высились золотые дворцы с лестницами из белого нефрита. В этих дворцах жили бессмертные.

И птицы и звери там были белого цвета, повсюду росли нефритовые и жемчужные деревья. После цветения на деревьях появлялись нефритовые и жемчужные плоды, которые были хороши на кус и тем, кто их ел, приносили бессмертие. Бессмертные, по-видимому, одевались белые одежды, на спине у них росли маленькие крылья. Маленьких бессмертных часто можно было видеть свободно летящими голубой лазури неба над морем подобно птицам. Они летали от горы к горе, разыскивая своих родственников и друзей. Их жизнь была веселой и счастливой.

И лишь одно обстоятельство омрачало её. Дело том, что эти пять священных гор плавали море, не имея под собой твердой опоры. В спокойную погоду это не имело большого значения, а когда поднимались волны, то горы перемещались неопределённых направлениях, и для бессмертных, перелетавших с горы на гору, это создавало много неудобств: они думали быстро долететь куда-то, а путь их неожиданно удлинялся; направляясь какое-либо место, они друг обнаруживали, что оно исчезло, и его приходилось искать. Это задавало работу голове и отнимало много сил. Все жители страдали и конце концов, посовещавшись, отправили нескольких посланцев с жалобой к Тянь-ди — небесному правителю. Тянь-ди приказал духу Северного моря Юй-цяну немедленно придумать, как помочь им. Когда же Юй-цян являлся образе бога моря, он был сравнительно добрым и подобно «сухопутным рыбам» имел тело рыбы, руки, ноги и оседал на двух драконах. Почему же у него было тело рыбы? Дело том, что первоначально он был рыбой большом Северном море и звали её Гунь, что значит «рыба кит». Кит был огромен, нельзя даже сказать, о сколько тысяч ли. Он мог друг закачаться я превратиться птицу пэн, огромного злого феникса. Он был так велик, что одна спина его простиралась неизвестно на сколько тысяч ли. Разгневавшись, он улетал, и два его чёрных крыла затмевали небо наподобие туч, простиравшихся до горизонта. Каждый год зимой, когда течения морях меняют своё направление, он из Северного моря отправлялся Южное, из рыбы превращался птицу, из бога моря — бога ветра. И когда поднимался ревущий и стонущий, леденящий и пронизывающий до костей северный ветер, это значило, что дунул превратившийся огромную птицу Юй-цян, бог моря. Когда он превращался птицу и вылетал из Северного моря, то одним взмахом крыльев вздымал огромные, доходившие до неба морские волны высотою три тысячи ли. Подгоняя их ураганным ветром, он вбирался прямо на облако девяносто тысяч ли. Полгода летело это облако на юг, и, лишь достигнув Южного моря, Юй-цян опускался, чтобы немного передохнуть. Вот этому-то духу моря и духу ветра небесный владыка и приказал найти подходящее место для бессмертных с пяти священных гор.

Лунбо, страна великанов, находилась за десятки тысяч ли к северу от гор Куньлунь. Люди этой страны, по-видимому, происходили от драконов, поэтому-то их и называли «лунбо» — родственники драконов. Говорят, что среди них жил один великан, который затосковал от безделья и, взяв с собой удочку, отправился к большому океану, что за Восточным морем, ловить рыбу. Только он ступил ногами в оду, как оказался местности, где были расположены пять священных гор. Сделал несколько шагов — и обошёл се пять гор. Забросил удочку раз, другой, третий и вытащил шесть голодных, давным-давно ничего не евших черепах. Недолго думая, завалил он их себе на спину и побежал домой. Он содрал с них панцири, стал калить их на огне и гадать по трещинам. К несчастью, две горы — Дайюй и Юаньцзяо — потеряли опору и волны унесли их к Северному пределу, где они потонули великом океане. Как бы мы ни старались, мы не сможем узнать, сколько бессмертных, металось зад и перёд по небу со своим скарбом и сколько потов сошло с них.

Небесный владыка, узнав об этом, разразился могучим громом, призвал свои великие волшебные силы и сделал так, что страна Лунбо стала совсем маленькой, а жители низкорослыми, чтобы бредь не ходили они другие земли и не творили бы зла. Из пяти священных гор Гуйсюе потонули только две, а черепахи, державшие на головах другие три горы стали более добросовестно выполнять свой долг. Они держали свою ношу ровно, и с этих пор не было слышно о каких-либо несчастьях.