Минни Вотрин - богиня милосердия Нанкина
  2016-12-09 16:19:21     Международное радио Китая
  

 

Автор:Елена Касимова

Вильгельмина Вотрин родилась в штате Иллинойс 27 сентября 1886 года. Ее отец - французский эмигрант, переехал в Иллинойс в 1883 году, чтобы пройти обучение кузнечному делу у своего дяди. Когда Минни исполнилось шесть лет, внезапно умерла ее мать. После этого Минни жила в нескольких разных приемных семьях. Впоследствии суд разрешил ей вернуться домой к отцу.

В 1903 году Вотрин поступила в педагогический университет, закончила его с отличием, заняв первое место среди 93 студентов. Затем Минни преподавала математику в средней школе, прежде чем продолжить свои исследования в университете Иллинойса. В университете Вотрин была президентом студенческого волонтерского движения для иностранных миссий. Пастор университета рекомендовал Вотрин в качестве учителя в Китае.

К тому времени христианские миссии в Китае процветали (в результате договоров, подписанных после окончания первой и второй Опиумных войн, которые открыли христианам китайские порты). К 1914 году около шести тысяч молодых американцев поехали в зарубежные страны в качестве миссионеров, более трети из них в Китай. Вотрин приняла приглашение иностранного христианского миссионерского общества по созданию школы для девочек в Китае, и когда ей было 26 лет, она отправилась в Хэфэй (провинция Аньхой), чтобы создать среднюю школу для девочек.

В то время неграмотность была широко распространена среди китайских женщин и Вотрин посвятила 4 года развитию женского образования в Хэфэе. Во время ее пребывания в школе количество учащихся значительно увеличи-лось. В 1918 году Минни вернулась в Соединенные Штаты Америки. Она по-ступила в колумбийский университет в Нью-Йорк и получила степень магистра в области образования в 1919 году.

В этом же году ей предложили возглавить колледж женских искусств и наук Гиньлинь в Нанкине сроком на один год. Этот колледж был третьим учреждением, основанным группой американских миссионеров в Китае. Вотрин согласилась, но в итоге была президентом колледжа до сентября 1928 года (до тех пор, пока китайское правительство не постановило, что все колледжи в Китае должны возглавлять китайцы).

За годы работы в колледже Гиньлинь Вотрин создала различные обучающие программы, а также занималась планированием и финансированием строительства нового кампуса колледжа у западных ворот Нанкина. Также в 1922 году она организовала сбор средств, чтобы построить начальную школу на 150 мест, в основном для неграмотных детей, которые жили в домах рядом с колледжем.

В 1926 году войска генерала Чан Кайши захватили Нанкин. Его армия грабила город, убивала коренных жителей и иностранцев. Колледж Гиньлинь не пострадал во время грабежа. Вотрин и другие смогли в нем укрыться. Данный инцидент отпугнул многих американских миссионеров, работающих в Китае, и многие из них покинули страну.

Но Вотрин была счастлива в Нанкине. Во время визитов домой она постоянно рассказывала о китайской культуре, его народе и истории. Она учила членов своей семьи готовить блюда китайской кухни. В своем дневнике она никогда не переставала восхищаться красотой нанкинских пейзажей. Она сама выращивала розы и хризантемы в колледже Гиньлинь.

Летом 1937 года, отдыхая с друзьями в Циндао, Вотрин услышала об исчезновении японского солдата недалеко от Пекина (инцидент на мосту Марко Поло), которое послужило формальным началом второй японо-китайской войны. Вотрин отменила свой отпуск и немедленно вернулась в Нанкин, чтобы защитить сам колледж и его студентов. Она распорядилась подготовить кампуса в качестве хранилищ и убежищ, проинструктировала учащихся и преподавателей на случай чрезвычайных мер, приказала построить окопы.

Первый японский воздушный налет на Нанкин состоялся 14 апреля 1937 года. В результате этого рейда американское посольство организовало эвакуацию американцев из города. В своем дневнике Вотрин писала, что решила остаться в Нанкине: "Я лично чувствую, что я не могу уйти. Ведь мужчин не просят покинуть свои корабли, когда те находятся в опасности, и женщин не просят оставить своих детей". Сотрудники посольства одолжили ей новый девятифутовый американский флаг, чтобы расстелить на лужайке перед колледжем и защитить, таким образом, кампус от японских летчиков. Также сотрудники посольства снабдили Вотрин и других иностранцев веревочными лестницами и предупредили, что после того как ворота города будут закрыты, эти лестницы станут их единственным шансом выбраться за городские стены.

Но Вотрин не думала о побеге. Большинство сотрудников колледжа к тому времени уже покинули Нанкин, и она стала исполнять обязанности руководителя. Она трудилась, чтобы подготовить кампуса для женщин-беженок и для эвакуации раненых. Под ее руководством мебель была перенесена на чердак, сейфы опустошены, общежития очищены, ценные вещи спрятаны. Вотрин также распорядилась сшить второй американский флаг, на этот раз - двадцать семь футов в длину (и китайский портной случайно сшил синее поле со звездами на нижнем левом углу вместо верхнего).

К сентябрю 1937 года на территории кампуса осталось только трое студентов и пятнадцать сотрудников. Перед началом штурма города японцами, те иностранцы, которые решили остаться в Нанкине (27 человек), организовали международный Комитет и зону безопасности Нанкина, взяв на себя роль защитников китайских гражданских лиц. Среди добровольцев были распространены плакаты, знаки и повязки зоны безопасности. Комитет объявил, что японские и китайские власти должны рассматривать зону для беженцев в качестве нейтральной, и обе страны согласились и предоставили нейтралитет зоне. Японцы поставили лишь одно условие о нейтралитете, требуя, что зона будет аннулирована, если в ней будут найдены китайские военнослужащие.

Колледж Гиньлинь начал функционировать в качестве убежища для беженцев. Уже в первую ночь японского нападения на город (13 декабря 1937 года) в колледж прибыло 850 беженцев. Затем туда хлынули тысячи женщин и детей. В ночь на 15 декабря население колледжа достигло более трех тысяч человек.

Ежедневно Вотрин приходилось отражать атаки японских солдат, которые врывались в колледж в поисках китайских солдат. Целыми днями она обеспечивала беженцев продуктами питания и работала в тех местах на территории кампуса, где появлялись японские солдаты.

В течение следующих нескольких месяцев Вотрин часто оказывалась единственной защитницей лагеря для беженцев в колледже Гиньлинь. Когда японские солдаты наводнили город, они стали массово насиловать маленьких девочек, женщин, старух и беременных женщин. Они постоянно уводили из лагеря беженцев. Большую часть времени женщин «для утешения» похищали тайно. Солдаты прыгали через бамбуковые заборы ночью или выламывали боковые или задние ворота, чтобы схватить случайных женщин в темноте – эти случаи стали известны всему населению колледжа как "лотерея".

Один раз Вотрин удалось спасти девочку, второй раз она пыталась предотвратить грабежи со стороны японских солдат, но каждый раз ее героизм едва не стоил ей жизни. Она писала в своем дневнике, что с 18 декабря по 13 января 1938 года была вынуждена неоднократно обращаться в посольство Японии, чтобы получить прокламации запретить японским солдатам совершать преступления в колледже, потому что всякий раз солдаты рвали эти документы, прежде чем уводить из колледжа женщин.

Иногда в переговорах с японцами Вотрин допускала ошибки. Так, 24 декабря Вотрин была вызвана в свой кабинет для встречи с японским офицером. Китайский переводчик обсудил с ней необходимость выбрать из десяти тысяч беженцев сто проституток для японской армии. Вотрин позднее написала об этой встрече в своем дневнике. "Они сказали «сто». Они сказали, что не будут приставать к невинным и порядочным женщинам".

Вотрин удовлетворила эту просьбу. Безусловно, у нее не было выбора, возможно, она действительно верила, что после того, как японцы уведут проституток, они перестанут беспокоить остальных женщин в лагере беженцев. Каковы бы ни были причины этого решения, можно с уверенностью предположить, что Вотрин сделала это под давлением. В результате, японцам отдали двадцать одну женщину. И далее Вотрин упоминала в своем дневнике, что японцы были недовольны, потому что были уверены, что еще больше проституток прячется где-то в зоне.

24 декабря 1937 года военная полиция японской армии разместила воззвание на улицах о выдаче новых гражданских паспортов всем жителям города. Японцы объявили, что все, кто не будет зарегистрирован, будут расстреляны на следующий день. Огромные толпы людей покорно явились на регистрацию, и к 14 января властям удалось зафиксировать не менее 160 000 китайских мужчин. Затем наступила очередь китайских женщин. Японские солдаты очень веселились, когда сгоняли женщин как скот, иногда ставя штамп на их щеках. Они заставляли женщин улыбаться и выглядеть счастливыми для японских газетчиков и фотографов.

Вотрин писала, что японцы регистрировали китаянок, чтобы отобрать наиболее привлекательных для изнасилования. После окончания регистрации японцы попытались уничтожить саму зону. В конце января они объявили, чтобы все беженцы вышли из лагеря и вернулись в свои дома. Срок для эвакуации был дан до 4 февраля. Когда наступил этот день, японские солдаты осмотрели колледж Гиньлинь и приказали оставшимся девушкам и женщинам уйти. Тогда Вотрин сказала, что их дома сожжены, и они должны продолжать оставаться там, где были.

4 февраля 1938 года все другие лагеря беженцев был закрыты, но женщины и дети продолжали укрываться в колледже Гиньлинь и переписи в середине марта 1938 года показали, что там находились 3310 беженцев. Вотрин патрулировала территорию кампуса и отражала атаки японских солдат в колледже, помогала беженцам. Люди спали плечом к плечу на цементном полу в течение многих недель подряд в течение холодных зимних месяцев. Некоторые были счастливы иметь пристанище в лабораториях. Те, которым повезло меньше, спали на улице. Снова и снова Вотрин призывала китайских беженцев на территории кампуса никогда не терять веру в свое будущее. "Китай не погиб", - говорила она им. "Китай никогда не погибнет".

Нанкинская резня закончилась в марте 1938 года. Вотрин занималась поисками пропавших мужей и сыновей, ухаживала за ранеными. Очевидцы позже вспоминали, как тяжело она работала. Работа в зоне была не только физически тяжелой, но и психологически изнурительной. Кристиан Крегер, нацист - член Международного Комитета, утверждал, что он видел столько трупов на улицах, что потом постоянно видел их в ночных кошмарах.

Ближе к концу своей работы в колледже Гиньлинь, Вотрин сделала в дневнике несколько записей, которые свидетельствуют о том, что она лишилась прежних решимости и оптимизма. Весной 1940 года Вотрин страдала от сильного стресса, возможно, испытывала беспокойство о судьбе колледжа Гиньлинь и его студентов. 14 апреля 1940 года: "Мои силы иссякли. Больше не могу двигаться вперед и строить планы, с каждой стороны возникают препятствия".

Резня 1937-1938 гг. в Нанкине оказала на Минни Вотрин глубокое психическое воздействие, более сильное, чем на любого из других лидеров зоны. Это была уязвимая, измученная женщина, которая не смогла восстановиться ни эмоционально, ни физически. Две недели спустя у нее случился нервный срыв. Внизу на последней странице ее дневника – есть предложение, написанное кем-то другим: "В мае 1940 года здоровье мисс Вотрин испортилось, требуя ее возвращения в Соединенные Штаты". Ее племянница вспоминает, что коллеги Вотрин отправили ее обратно в Штаты за медицинской помощью, но во время плавания через Тихий океан она пыталась неоднократно покончить с собой. Друг, который сопровождал Вотрин, едва мог удержать ее от прыжка за борт корабля.

В Соединенных Штатах, Вотрин попала в психиатрическую больницу в штате Айова, где подверглась электрошоковой терапии. После окончания лечения она устроилась на работу в христианское миссионерское общество в Индианаполисе. Ее семья хотела посетить Вотрин, но она отговаривала их, написав, что приедет сама, чтобы увидеть их в ближайшее время. Две недели спустя Вотрин покончила с собой, включив газовую плиту в своей квартире в Индианаполисе. Это произошло 14 мая 1941 года. Ей было 54 года. Прямых наследников у нее не осталось.

Одна запись в дневнике Вотрин, сделанная незадолго до ее смерти, показывает ее преданность колледжу Гиньлинь и жителям Китая, которым она посвятила 28 лет своей жизни в качестве миссионера: "Если бы у меня было десять жизней, я бы всех их отдала Китаю".

Минни Вотрин приписывают спасение до десяти тысяч китайских женщин и детей с риском для собственной жизни. После войны Вотрин была посмертно награждена китайским правительством орденом Голубой Нефрит за ее самоотверженность во время Нанкинской резни. О ее работе по спасению мирных китайцев во время резни рассказано в двух биографических книгах историка Ху Хуалин. Опубликован дневник Минни Вотрин, отрывки из которого декламирует актриса Мариэль Хемингуэй в документальном фильме «Нанкин». Подвиг Вотрин во время Нанкинской трагедии послужил источником вдохновения для режиссера Чжана Имоу, снявшего ленту «Цветы войны».

В мемориальном комплексе города Нанкин есть мемориал Минни Вотрин. Памятник Вотрин находится и в женском колледже Гиньлинь, в память об иностранке, сумевшей защитить колледж и его жителей во время резни в Нанкине.

* Мнения автора не обязательно совпадают с позицией и мнением Международного радио Китая

[  Распечатать ][  Отправить другим ][  На первую страницу ]
ДРУГИЕ НОВОСТИ ПО ТЕМЕ
ПРОКОММЕНТИРОВАТЬ
 
САМЫЕ ЧИТАЕМЫЕ
КАРТИНКА ДНЯ
ВИДЕО
СПЕЦТЕМЫ
© 2016 CRIrussian.ru. «Международное радио Китая». Все права защищены.             О НАС     ПАРТНЕРЫ      АРХИВ